Я отправила бедного курьера отдыхать, а сама распечатала (с помощью специального ножичка) письмо. Насколько мое послание было длинным, настолько ответ Луиса был коротким. Он состоял из всего одного слова: «Жди».

Кайф, правда?

Часика же так в четыре дня, когда я уже места себе не находила и успела испортить ещё пару–тройку платьев и перебить с десяток вазочек, ваз и вазонов в королевском кабинете, в открытое окно влетела крошечная летучая мышь. Она закружилась в воздухе и, с шумом опрокинув на столе чернильницу, упала на пол. Я, наверное, зажмурилась на некоторое время, потому что внезапно на месте этого летучего мыша возник Луис.

Вампир выглядел очень усталым, и, если честно, я, как и при первой нашей встрече, испугалась, что он сейчас упадет в обморок. Слава богу, этого не произошло, Луис лишь медленно опустился на одно из кресел, стоящих в кабинете, и тихо попросил чего–нибудь выпить.

Я налила ему вина и быстренько организовала маленький поздний ужин на двоих. Пока Луис ел, я делилась с ним последними новостями: типа, Франсуа пропал, проблем – море, нужно что–то делать. Внезапно, когда я заканчивала свой монолог мне на ум пришла мысль – невероятная и ужасная в своей неправдоподобности:

– Э–э–э, Луис, у меня к тебе вопрос на засыпку.

– Да? – вампир с трудом оторвался от тарелки (как я выяснила, он все эти дни спешил в Фрейстер практически без остановок).

– У вас, как, внезапное исчезновение жениха не считается легким намеком на то, что свадьба отменяется?

– О нет, что ты? У нас легким намеком на это считается, если отравят невесту.

– Чем отравят, цианидом? – состроила невинную улыбочку я.

– Как можно?! Мышьяком.

Ненавижу его черный юмор

– Ладно, Луис, шутки в стороны, что делать?

– Этим вопросом задавались еще знаменитые философы древности.

– Луис, прекрати надо мною издеваться.

– А кто издевается, – сладко зевнул вампир. – Ты спросила – я ответил.